Pages Menu
TwitterRssFacebook
Categories Menu

Опубликовано Авг 8, 2016 в АВТОПРАВО | Нет комментариев

Не нагнуть гаишника, а распрямить водителя!

pddС неправомерными действиями сотрудников ГИБДД, так или иначе, сталкивался любой водитель. Что можно противопоставить нечистому на руку или юридически неграмотному инспектору? Только одно — знание законов. Фраза, вынесенная в заголовок статьи, принадлежит Виктору Травину. Ведущий рубрики «Автосалун» в «Московском комсомольце», сотрудник радиостанций «Свобода» и «Русская служба новостей», президент «Коллегии правовой защиты автовладельцев» — это все о нем, Травине. Хотите познакомиться поближе? Тогда присоединяйтесь к беседе.

– Виктор, я регулярно слушаю по радио Вашу программу «Право руля». Не хочу льстить, но — интересно! Захватывает. Как возникла идея заняться правозащитной деятельностью?

– В 1989-м я получил водительское удостоверение и впервые отправился в самостоятельную поездку. Вырулил со стоянки, и тут же был остановлен гаишником. Проверив документы, он заявил, что оштрафует меня за нарушение Правил дорожного движения.

На самом деле ничего я не нарушал, просто он почуял мою неуверенность и захотел… Помочь новичку? Разъяснить что-либо профилактики ради? Пожелать счастливого пути? Нет, захотел поживиться.
Уж не помню, как я отговорился, до штрафа дело не дошло, но настроение было испорчено. Не скажу, что затаил злобу, но твердо решил научиться защищаться в подобных ситуациях. Начал изучать КоАП, консультировался с юристами. Вскоре познакомился с известным адвокатом Леонидом Ольшанским, ныне академиком. Он оказал мне неоценимую помощь.

Прошло какое-то время, и я предложил редакции «Московского комсомольца» вести рубрику «Автосалун». Причем сделать ее не автомобильной, а правозащитной. Меня не поняли: как же так, народ хочет знать, чем «Москвич» хуже «Мерседеса» и где расположены пепельницы в последней модели «Пежо»! Правозащита — это хорошо, но пиши и о технике тоже.

Меня выручили читатели. Как-то раз я разложил на столе их письма. Получилось две стопки. Одна — огромная, с криками о помощи: отобрали права, незаслуженно обвинили в употреблении спиртного за рулем, сняли номера, вымогали деньги… В другой оказалось всего одно письмо. В нем спрашивали мое мнение о «Ситроене». Взглянув на гигантскую стопку, мой редактор задумался. «Со звонками то же самое», — сказал я. И тогда он сдался…

Так «Автосалун» стал правозащитной рубрикой. Но ее становление было бы невозможно без руководства Ольшанского. «Смотри-ка, — говорил он после моего удачного ответа читателю, — Сегодня ты окончил первый курс юрфака.»

И понеслось! Нам звонили, писали, приезжали в редакцию. Мы добивались возврата водительских удостоверений, выступали в судах, «разруливали», казалось бы, безнадежные ситуации… «Сегодня ты окончил второй курс… третий… пятый», — говорил Ольшанский. Так он и стал моим учителем.

– А как появилась «Коллегия правовой защиты автовладельцев»?

– Когда количество обращений превысило мои возможности реагировать на них, стало ясно: нужны коллеги-единомышленники. Они будут трудиться… в КПЗ — не знаю, почему, но именно эта аббревиатура родилась в качестве названия будущей правозащитной организации. И лишь потом я придумал для КПЗ расшифровку «Коллегия правовой защиты», добавив для ясности — «автовладельцев». Получилось КПЗА — некоммерческая, кстати, организация.

Кому предстояло работать в Коллегии? Лучше всего, если это будут профессиональные юристы. Но где их взять? В любой адвокатской конторе множество специалистов по гражданскому и уголовному праву, у них хорошие гонорары. А вот профессионалов в области административного законодательства почти нет — тут не заработаешь.

Пришлось набрать начинающих юристов, объяснив им: да, вы будете отстаивать интересы клиента. Но интересы эти — не собственность в миллионы долларов, а всего лишь 50-100 рублей несправедливого штрафа. И знаете — ребята прониклись. А окунувшись в работу, поняли, что они уникальны. Что востребованы, и жизнь их интересна. Сегодня это специалисты экстра-класса.

Символично, что Коллегия родилась 1 июня 1999 года. В День защиты детей. А наш автовладелец беззащитен как ребенок. Бесконечные налоги, техосмотры, штрафы, угрозы сноса «ракушки» — да мало ли бед грозит ему со стороны чиновников…

Посмотрите — водитель и перед гаишником испытывает комплекс вины. Стоит полусогнувшись. Ему надо помочь распрямиться. При этом мы вовсе не хотим нагнуть гаишника. Пусть оба стоят прямо и разговаривают на равных, на языке закона.

– Итак, Коллегии пять с половиной лет… Наверное, сделано немало?

– Коллегия работает по двум «магистральным» направлениям. Назовем их так: «Индивидуальная борьба за каждого, влившегося в наши ряды» и «Борьба за общие интересы».

Что включает индивидуальная борьба? Мы организовали круглосуточное дежурство юристов в офисе коллегии, чтобы разбираться с произволом ГАИ по «горячим следам». Мы учим водителей: возник конфликт — звоните сразу, не медля, ибо задача Коллегии — не бороться с последствиями, а предотвращать нежелательное развитие событий. Наши юристы подскажут, как отвечать инспектору и что писать в протоколе, включая европротокол при ДТП, узнать подробности о котором вы можете на сайте autodrop.ru. Ведь многие автовладельцы, особенно в состоянии стресса, под диктовку инспектора подписывают себе «смертный приговор». Защищать их после этого гораздо сложнее.

Для всех желающих попасть под нашу опеку еще в 1999 году мы выпустили членские карточки. И сегодня членом Коллегии может стать любой. Денежных взносов два: вступительный и ежегодный — всего 2000 рублей. Причем, в каждый последующий год членство в Коллегии обходится водителю всего в 1100. Согласитесь, за круглосуточную юридическую помощь это совсем немного.

Теперь о борьбе за общие интересы. Коллегия добилась отмены нескольких постановлений столичных властей, позволявших сносить «ракушки» без решения суда, предтвратила принятие Мосгордумой, мягко говоря, идиотского Закона, обязывающего собственников автомобилей устанавливать нейтрализаторы за их собственный (!) счет.

Мы добились признания доверенности в простой письменной форме, а теперь боремся за то, чтобы нас снова не обязали вставать в очередь к нотариусу для оформления доверенности на право управления. В декабре 2004 года мы заставили столичные власти приостановить эвакуацию «неправильно» припаркованных автомобилей. Помогли бесплатно вернуть многим водителям не только их эвакуированные на штрафстоянки автомобили, но и деньги, уплаченные за навязанные услуги по эвакуации и хранению.

Что еще? Мы доказали в судебных процессах, что показания приборов измерения скорости, не дающих распечатку, не являются основанием для штрафа; что незаконно привязывать дату техосмотра к последней цифре номера; что экологическая милиция — вне закона, а потому не может наказывать водителей за превышение норм токсичности выхлопа.

Мы настояли на отстранении от должности огромного количества сотрудников ГИБДД, «пробили» на уровне МВД внедрение системы поиска похищенных машин.

Добились запрета проверок водителей на состояние опьянения в каретах «Скорой помощи», благодаря чему теперь медицинское освидетельствование проводится исключительно в стационарах или в специально оборудованных передвижных медицинских лабораториях.

Благодаря нашим стараниям ГИБДД признало, что при рассмотрении дел о нарушении ПДД можно присутствовать посторонним, — мы заставили гаишников прочитать положения КоАП, в которых прямо прописано, что дела об административных правонарушениях рассматриваются открыто.

Не скрою, что за нами всегда стояла наша газета «Московский комсомолец» с ее гигантским тиражом и огромной популярностью. Наши оппоненты знали, что «шаг вправо, шаг влево» означает для них «расстрел», ибо завтра же об их художествах узнают миллионы читателей и вся властная вертикаль их ведомства. Потом нас стали поддерживать и другие СМИ.

– Назовите несколько типичных ошибок наших водителей в общении с инспекторами ДПС…

– Все наблюдали ситуацию: махнул гаишник жезлом, водитель останавливается и тут же бежит к нему. Наш совет: сиди, ведь ПДД не обязывают выходить из машины и бежать за инспектором ДПС. Равно как не обязывают открывать багажник для досмотра и выворачивать сумки наизнанку.

Бывает, водитель отказывается подписывать протокол. Инспектор привлекает понятых, которые и подтверждают сей факт. И ни один водитель еще ни разу не сумел объяснить: а почему «промолчал», почему отказался от подписи? Ведь, если не согласен с обвинением, всего-то и надо — написать: «Не согласен». И под своим мнением оставить размашистую роспись. Ведь молчание — знак согласия…

Иногда водитель не требует вписать в протокол свидетелей-пассажиров. А зря… Ведь согласно КоАП, свидетелем является любой человек, который может что-либо сообщить по делу.

Часто водители пишут объяснения под диктовку инспектора. Внимательно почитайте обратную сторону протокола. Там четко сказано: «водитель вправе давать объяснения». Иными словами, хочет — дает, не хочет — не дает.

– Интересно, а сами водители готовы «распрямиться»?

– Да, таких становится все больше, и это радует. Вот лишь один пример: приходит человек и говорит, что жаждет обжаловать несправедливый штраф в 50 рублей. И за это готов платить любые деньги! Оказывается, не в штрафе дело, а в том, что гаишник унизил его в присутствии жены и детей. Позвонили начальнику тупоголового инспектора, объяснили на пальцах, какие грубые нарушения процессуальных норм допустил его подопечный. И неправомерно вынесенное постановление отменили. Надо было видеть, как ликовал водитель: его честь и достоинство были восстановлены!

Народ начинает понимать, что ГИБДД существует на наши налоги. Мы ее наняли, эту инспекцию. Вот пусть и работает на нас, а не против.

– А не возникают ли у Вас сложности в отношениях с ГИБДД? Все же характеристики ведущий «Автосалуна» и «Право руля» дает меткие, в выражениях не стесняется…

– Скажу честно: меня не любят. Не за что. А вот я их — люблю. Ибо сказано: «Возлюби врагов своих». Благодаря им я живу интересной и насыщенной жизнью, чувствуя себя бесконечно востребованным…
У меня сложились прекрасные рабочие отношения с гаишным начальством всех уровней. Многие высокопоставленные гаишники даже называют меня своим другом. Но это неправда. Это лишь их желание, гарантия того, что завтра их, извините за прямоту, не вздрючат. Захожу в кабинет — обнимают, предлагают чаю. Выхожу — чувствую, как в спину мне смотрит дуло автомата… При этом во мне видят не журналиста, а именно правозащитника. Там, где журналиста отправят в пресс-центр ГИБДД за аккредитацией, разрешением, указанием, чем угодно, мне дают разъяснения в частной беседе, по телефону.

Однако не забывают и о том, что я все же — журналист. И помнят, что в моем распоряжении гигантский объем информации о проделках их сотрудников. И она все время пополняется через Коллегию. А ну как опубликую? На этом страхе перед публичной поркой на страницах газет или в прямом эфире на радио и держатся наши отношения. Ведь сотрудников милиции смельчаками не назовешь — они многого боятся: потерять оружие, «корочки», форму, звание, должность, благосклонность начальства, пенсию…

Я иногда говорю своим юристам: у вас право гражданское, а у меня — телефонное. Но я никогда им не пользуюсь, если мой клиент действительно виноват. Могу попросить о назначении мягкого наказания в рамках закона. Или более тщательно рассмотреть дело. Если же ко мне обращается водитель, которого за год задерживали в нетрезвом виде за рулем 64 раза, помогать ему я не берусь. Ведь я езжу по тем же дорогам, что и он…

– А водитель Травин часто нарушает Правила?

– Если и нарушал, то сотрудникам ГИБДД об этом ничего не было известно… А потому за всю свою шоферскую жизнь я не получил ни одного протокола, не заплатил ни одного штрафа (не за что было) и не дал ни одной взятки. Мой «послужной список» чист, даже техосмотр прохожу в порядке очереди. Не могу же я дать ГИБДД такой козырь — Травин, и вдруг нарушитель! Съедят…

– Коллегия – это основная работа?

– Все обстоит иначе. Я работаю в газете «Московский комсомолец» и на радио. А Коллегия — это не работа, а хобби, которому я отдаю 90 процентов времени.

Кроме того, читаю студентам лекции по административному праву. Не имея, кстати, юридического образования. Да, да, я окончил экономический вуз и факультет журналистики МГУ. Профессора юрфака говорят: получай у нас диплом, тебе даже ходить не придется, все оценки пойдут «автоматом». Отказываюсь…

– Почему? Юридическое образование уж точно не помешало бы…
– Помешало бы. Когда дело в суде выигрывает юрист, это естественно. На то он и юрист. А когда побеждает правозащитник — экономист, журналист, слесарь, врач — это гораздо интереснее. Вдохновляет, подает пример. Наш простой водитель задумывается: значит, и я могу. И распрямляется. Начинает бороться за свои права.

– Вы неоднократно становились победителем в номинации «Автомобильный журналист года». В чем секрет успеха?

– Не буду говорить, что гениален. (Смеется.) А вот тема — да, гениальна. Пока любой автомобилист — потенциальная жертва чиновничьего и, в частности, милицейского произвола, она будет востребована. Что касается меня… я никогда не рассказываю и не пишу с чужих слов. Все, о чем говорю — мой личный опыт и опыт Коллегии. К тому же никто не вспахивает это поле так глубоко, как мы.
Вот и весь секрет…

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.